Muhteşem Yüzyıl. Aşk-ı Derûn

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Muhteşem Yüzyıl. Aşk-ı Derûn » Часть истории » Каждый - свой собственный призрак, стоящий за левым плечом.


Каждый - свой собственный призрак, стоящий за левым плечом.

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

1. Участники
Хасеки Хюррем Султан и Шехзаде Баязид

2. Дата и место
11 апреля, 1542 год, покои Баязида во дворце Топкапы. 11 апреля, 1542 год =  16 зуль-хиджы [XII] 948 г. хиджры

3. Описание сюжета
Мать, даже если она столь великая женщина, как сама Хюррем Султан, в первую очередь обеспокоена благополучием своих детей. Окружение Шехзаде - важная составляющая формирования его личности, и именно поэтому Хасеки обеспокоена увлечением своего сына одной наложницей, о которой она сама узнает в последний момент. Баязид, вспыльчивый и на все реагирующий очень остро, совсем не готов к материнским нравоучением такого рода. Чем закончится конфликт двух, без преувеличений, огненных характеров?

0

2

Что может делать женщина в гареме? Насчет наложниц точно сказать не могу, но вот, служанки никогда не могут сидеть без дела, а у султанш своя забота. Каждая госпожа думает о своих детях и Хюррем не стала исключением. Находясь в своих покоях, она смотрела в окошко, но не видела всей красоты, что представлялась ее взору, не густого леса, ни прекрасного чистого неба, на котором сегодня не было ни единого облака. Всем своим сознанием она хотела сорваться с места и пойти к шехзаде, что бы узнать как они, но что бы тогда случилось? Они уже выросли и сильно рассердились бы на то, что мать все еще пытается их контролировать. Найдя другой путь, как наблюдать за ними и быть уверенной, что с ними ничего не случится огневласая лишь ждала момента, когда пред ней появиться Сюмбюль. Султанша дала ему приказ, найти верных людей в окружении ее сыновей из тех, кого направляют туда или дать отчет о тех, кому Ага доверяет из нынешнего окружения Баязида и Силима. Ныне, лишь это беспокоило госпожу, так как в ее мыслях даже были самые неприятные моменты. Но, женщина в первую очередь отводит от себя плохие мысли, так как зря беспокоиться лишь себе навредишь. Когда будет хотя бы немного заметно проблемы у детей, она сразу же возьмет все в свои руки и решит неурядицы любой ценой, ведь ей это по плечу. Пройдя нелегкий путь, она достигла многих высот. Юную Александру заметил Султан Сулейман и не смог ее забыть, дал ей новое имя и вот, Хюррем, однажды желая подняться еще выше захотела выйти замуж за Падишаха, этим наделав много шума. Сколько всего ей пришлось перетерпеть и вот, Хюррем, стала Хюррем Хасеки Султан. Следующим шагом было получить в свои руки гарем и тернистым путем, но она достигла своей цели. Теперь, вся власть, которой могла достигнуть эта сильная женщина в ее руках.
Вдруг, зеленоглазая услышала стук в дверь и смогла вырваться из плена своих мыслей. Переведя взгляд на вошедшего, она сразу же смогла узнать эту фигуру расплывшуюсь в поклоне. Немного приподняв взгляд, он выдержал небольшую паузу и своим, немного взволнованным тоном проговорил:
- Султанша... - от этого тона, все похолодело в крымской красавице, но лишь небольшой вдох привел ее в чувство и заставил говорить:
- Что такое, Сюмбюль? Не томи меня, говори скорее.
Ага обвел взглядом служанок и поняв намек, женщина сказала им всем выйти и повторила вопрос, ожидая внятного ответа, так как сердце у нее уже было не на месте.
- Я нашел несколько девушек, они готовы служить вам.
Насколько свободно смогла выдохнуть Хасеки Султан, знает лишь она, какой камень с души упал, но когда она хотела вдруг спросить его о девушках, он заговорил первый.
- Есть еще одна новость, она дошла до нас слишком поздно... У Шехзаде Баязида появилась любимица.
Взгляд рыжеволосой все так же был устремлен на Сюмбюля, но теперь, ей было нужно знать больше, нежели ранее, кто знает, может эту наложницу подослали враги? Все они хотят избавиться от Шехзаде, чего не может позволить та, кто оберегает своих детей, как зеницу ока.
- Кто она? Ты знаешь что-нибудь о ней?
- Нет, девушка по-началу была совсем неприметна, поэтому я почти ничего вам сказать не могу.
"Я должна немедленно узнать о ней все. Сразу стоит поговорить с сыном, а потом уже с этой наложницей. Я должна сама убедиться, что он ее сильно полюбил и что наложница умна, а самое главное, что будет на моей стороне и на стороне моего льва."
- Можешь идти.
Не дать Баязиду понять полную картину цели посещения и узнать все что нужно, задача не из легких. Этот парень унаследовал характер матери, что не говори, а он такой же самоотверженный, смелый, предан повелителю и имеет искорку, которая передалась от Хюррем. Разговор предстоит вести аккуратно, дабы не дать сыну заметить скрытых намерений, пускай они и светлые.
Как только Сюмбюль покинул покои Султанши, она приподнялась и направилась к дверям, в ее мыслях уже складывался некий план событий, поэтому постучала обладательница зеленых глаз, уже обдумывая свои шаги. Проходя по коридорам, она не замечала никого. Выйти из своих мыслей она смогла лишь тогда, когда сформировались некие представления о разговоре и со своей привычной улыбкой, женщина вошла в покои Шехзаде Баязида.

Отредактировано Hürrem Haseki Sultan (21.02.2014 14:26)

0

3

Время, свободное от бремени обязанностей и общения с достопочтенными жителями столицы и венценосными особами - любимое время Баязида. А вернее единственное, которое он может посвятить себе, а не истерическим соображениям о том, что и как надо сделать: условности у него всегда получилось запоминать плохо и поэтому шехзаде был свято уверен, что должен кланяться пашам. Ну, не в ноги падать, и на том спасибо. Почтительно ответив очередному бею, посетившему Стамбул - Баязид устремился в собственные покои, которые стали с недавних пор настоящей защитой. Вместо величественности и почти слепящей красоты они теперь излучали настоящий, почти что домашний, уют. И за это Баязид был благодарен своей прекрасной Айшегюль, гордой и неприступной луноликой розе, которая не уставала его удивлять и радовать. Ее прекрасный лик стал перед глазами и не уходил ни на миг, запрещая Баязиду думать про что либо иное.
Будь его воля, Баязид поселил бы ее в своих покоях, куда вход каждому живому существу, пока его нету, строго воспрещался - в своем стремлении оградить девушку от интриг гарема и любопытный глаз. Но подобный поступок, вполне подходящий на роль кощунства над вековыми традициями, мало того, что заставил бы каждого дворцового агу или калфу схватиться за головы, но еще вызвал бы неконтролируемую волну гнева - родительского в первую очередь. Что-то в таком роде могло бы навредить его прекрасной возлюбленной, а этого Баязид не хотел. Вообще, все, чего он хотел сейчас - это просто увидеть ее. Человек, дарующий ощущение покоя в таком месте встречался крайне редко. И это была одна из причин, почему шехзаде не хотел отпускать от себя свою любимицу.
Не утруждая себя трудным и неловким процессом переодевания, Баязид уже намеревался отправить агу за своей пташкой, но путь его бессовестно преградили. При чем, человек, которого в такое время Баязид ожидал увидеть в последнюю очередь. Хасеки Хюррем Султан во всем своем великолепии, почтила визитом своего недостойного сына. Баязид улыбнулся. Все же, даже не подозревая о мотивах матери, он был очень рад ее видеть. Он впервые поклонился почти с радостью, в почтительном жесте целуя тыльную сторону ладони своей Валиде.
- Валиде, - все еще с улыбкой на лице, проговорил Баязид, - Я рад вас видеть. Что-то произошло? - верилось слабо, но поинтересоваться стоило. Мать бы не стала приходить просто так - стиль не тот.

Отредактировано Şehzade Bayezid (22.02.2014 12:43)

0

4

Сын встретил Хюррем с улыбкой, что очень обрадовало ее, но в глазах было видно удивление, все же, визит неожиданный, как-никак. Султанша была рада, что Шехзаде в хорошем настроении, так разговор может пойти в правильное русло и без всяких последствий. Женская хитрость развивается с годами, но те, кто еще с молодых лет ею хорошо пользовался, во взрослой жизни даже уже не подозревают, что ею пользуются, в нужный момент она сама приходит, без особого осознания.
Подав руку Баязиду, рыжеволосая с привычной улыбкой почувствовала легкий поцелуй, на тыльной сторону руки. Когда парень отпустил ее руку, женщина сложила руки в обычный, свободный жест и прошла немного в глубь покоев, смотря в глаза сыну. Пускай говорил он с явным оживлением и бодростью духа, что-то он все же чувствовал и его вопрос был этому доказательством.
- Лев мой... - промолвила она с мягкою улыбкой. - Не стоит беспокоиться, ничего не произошло. Все спокойно, иншала, это спокойствие продлиться, как можно дольше.
Ее глаза были так же честны, как и губы, что изгибались в улыбке и выговаривали слова.
Как мало нужно Валиде для счастья, лишь увидев, что Шехзаде радуется наступившему дню, как-будто камень с души упал. Постоянные ссоры с братом, приводят лишь к тому, что их счастливые лица не так часто можно увидеть. Почему эти двое никак не могут ужиться, очень трудно понять. Ведь они должны держаться друг за друга, зная, что происходило с Хасеки Султан в этом дворце, но они все еще дети. Беззаботные, невинные. В глазах матери они такими будут всегда, не смотря на то, как быстро растут. Отпускать с под своей опеки их очень страшно, не только из-за того, что может случится с ними. Играет большую роль привязанность матери к ребенку, в то время, как дети хотят, как можно скорее повзрослеть и стать самостоятельными.
- Как ты, Шехзаде мой? Мне хотелось поговорить с тобой, узнать, ничто ли тебя не тревожит. - одну ладонь она положила на щеку Баязида, во время своего монолога.
Посещения сыновей не требовалось, ведь они всегда приходят сами, как и Михримах, которая почти всегда находится подле своей Валиде. Но этот, не слишком навязчивый поход, дал идею о том, что бы немного чаще заходить к ним. Ведь, никто не застрахован от небольшой лжи, вот только, когда Баязид зол, он не может соврать, что "ничего не случилось", это у него написано на лице. Ситуация, в которой нужно найти подход, как успокоить его и подтолкнуть к рассказу.
"Его лицо светится от счастья, это хороший знак. Стоит лишь после поговорить с девушкой."

0

5

Баязиду было очень неприятно, что у каждого, входящего в его покои есть мотивы, которые он не понимает. За ним водилась традиция навещать матушку ежедневно, но в последние дни он что-то замотался и совсем забыл об этой своеобразной обязанности. Конечно, если быть честным с самим собой, к чему шехзаде, разумеется, всегда стремился - то можно сказать, мол, он обо всем забывает рядом с великолепной красавицей Айшегюль. Сердце Баязида наполнилось нежностью, благодаря воспоминанию о ней. И все таки, навязчивый писклявый голосочек, принадлежащий какому-то проницательному существу внутри него, был совершенно уверен, что именно об этом увлечении Валиде и пришла поговорить. Уже донесли! Не то, чтобы Баязид надеялся на сохранение тайны, явно не в этом дворце, но все таки... Слишком рано. Слишком мало времени, необремененного никакими пересудами и шепотками. Это горько разочаровывало. Баязиду было известно, что у Повелителя семи континентов по всей империи действует четко слаженная агентура, но у его прекрасной Валиде дела обстояли отнюдь не хуже. И все таки, Баязид сподобился сохранить лицо, хотя его действительно едва не перекосило:
- Дай Аллах, - вежливо согласился Баязид, потому что только так можно было вести беседу с матерью - сдержанно и вежливо. Честно признаться, это для шехзаде было действительно очень трудно, в первую очередь из-за его взрывоопасного нрава. Баязид плохо контролировал свои эмоции, что, естественно вносило свою лепту в действия, но он был свято уверен, что всему можно научиться, так что отчаиваться пока не собирался.
- Все в порядке, Валиде, благодаря вашим молитвам, - отпустил очередную шаблонную фразочку шехзаде, из тех, что их любили слушать венценосные особы этого дворца. Всем приятно знать, что ты способствуешь хорошему настроению и самочувствию. Прикосновение матери заставило Баязида улыбнуться. Он правда любил ее, зная, что никто и никогда не будет заботиться о нем больше, чем она, но надеяться на то, что визит она нанесла только для того, чтобы увидеть сына - не смел. Слишком наивным казалось такое предположение. Он знал насколько умна и проницательна его мать, поэтому ни за что не осмелился бы ей врать: радовало только то, что его слова вовсе не были ложью. Скорее даже наоборот: впервые заявление о том, что "все хорошо" было настолько правдивым. Это не могло не радовать. Оставалось только уповать на то, что его великолепная Валиде останется довольна таким ответом, не углубляясь в причины такого самочувствия сына, но это было почти так же вероятно, как и предположение о том, что завтра Стамбул захватят неверные.

0

6

Şehzade Bayezid,
Хасеки Султан приняла этот ответ, но уходить не собиралась. Цель была и довершить ее стоило. На чаше весов стояло разъяснение о девушке и однодневный, хорошо закончившийся разговор с сыном. Ведь, она бы не отступила, если не сегодня, так завтра. Хотелось бы наблюдать за его хорошим настроением, как можно дольше, но решив одну проблему, отношения будут все те же, без особых изменений. Так и было решено, не останавливаться на пол пути, а ответная улыбка лишь предала уверенности. Ладонь, что находилась на щеке Баязида медленно спустилась на плече, а вторая легла немного ниже плеча, мягко прикасаясь, женщина особо не  считала каждой секунды, проведенной в ее мыслях, но взгляд был такой парящий, правда, лишь несколько мгновений. Когда же Султанша "очнулась", просто опустила руки. Фразы не были заготовлены, но темы по которых нужно медленно "шагать", обладательница рыжих волос сопоставила по-пути. Раньше, настолько сильно его могли радовать лишь победы в тренировках, а теперь и девушка смогла, это было понятно по его глазам. Глаза - зерцало души, и это правда, но видеть истину в них может не каждый...
Что бы перевести тему в нужное русло, но и не зацепить наследника, Хюррем пошла путем, который говорил так: "Я всего лишь подтолкну, а ты мне откроешься", - составлять такие фразы мать умела и не дурно, не зря столько времени провела во дворце Топкапы и все еще остается на высшем положении, которого может достичь здесь женщина.
- Сыночек мой, Шехзаде, я пришла сюда, потому что начала волноваться... - фраза была не закончена. В тоне слов, можно было прочувствовать нотки колебания, неуверенности, все, что должно было бы быть в ней. После нее, Валиде вдохнула прикрыв глаза, как-будто с облегчением, но все еще немного режущим волнением. Открыв глаза, она заботливо посмотрела на ребенка и продолжила:
- Мне сказали, что ты все реже приходишь упражняться с оружием, а это на тебя очень не похоже. Ты много времени проводишь в своих покоях... - немного опущенный взгляд, ищущий разъяснения. Через несколько минут, он вновь становиться более сильным и возвращается к Шехзаде.
- Баязид, ты можешь мне рассказать все, что бы не случилось. Если же, ничего не произошло... Скажи мне, в чем дело?
"Одной из причин, почему я отправила Сюмбюля было то, что я не так часто, как раньше, вижу Баязида в своих покоях. Это и заставило меня задуматься."

0

7

Баязиду было приятно внимание матери, как любому человеческому существу оно бывает приятно. Ему иногда так и казалось: как будто бы каждый человек рождается на свет лишь ради одного - чтобы его любили. Ведь, по сути, что тут делать, если никто тебя не любит? Приятно-то оно приятно, ведь у Валиде явно должны быть дела поважнее, но Баязид не был настолько тщеславен, чтобы ему это льстило. А кроме того, была еще и проницательность, доставшаяся, опять-таки, от матери. Стоило ожидать воспитательной беседы, безусловно, вот только Баязид был к ней совершенно не готов. Надо было заранее продумать все ответы, еще давно... Беспечный, беспечный шехзаде. Он перебирал в голове то множество отцовских настановлений, которые всегда ему помогали, но, кажется, Падишах не посчитал нужным осведомить сына, как нужно говорить с женщиной, чтобы и она была довольна, и ты не чувствовал себя как на поле боя. Собственно, это, надо думать, и был ответ. Главное - чтобы женщина осталась довольна. Баязид правда готов был вспылить, но вовремя успокоился. Это действительно неопровержимый факт, то, что Османская империя - очень патриархальна, но что значил весь этот патриархат без матерей, жен и дочек? Хотя бы лишь за это стоило проявить уважение. Вот только, на повестке дня стояло задание: спросить совета хоть у кого-нибудь о том, как грамотно обыграть женщину. Правда, что-то подсказывало шехзаде, что такое просто невозможно. Он тяжело вздохнул:
- Простите, Валиде, что заставил беспокоиться...- врать - точно не вариант. Мало того, что его матушка подозрительна до крайностей, так еще и в данный конкретный момент точно знает зачем пришла, - Я просто немного устал от дворцовой живости, а посему больше отдыхаю в покоях...- что ж, технически это была самая настоящая правда. Только вот способы отдыхать у всех разные. Баязид улыбнулся, глядя в глаза Валиде:
- Вам не стоит так переживать..- заверил он мать, потому как точно был в этом уверен. Ну, что с ним может произойти? Баязид отвернулся к окну, рассматривая небо за ним, но он ничего не видел, пребывая в своих размышлениях. Он правда рассказывал матери все, потому что доверял, но рассказывать о наложницах... Неловко как-то, да и не пристало вовсе. Мраморный фонтан под его окном недавно украсили, посадив рядом ароматные растения и цветы, ранее не виденные Баязидом. Лазурные переливы их травы невольно притягивали взгляд. Баязид обернулся к матери:
- Вы поужинаете со мной, Валиде? Я сегодня, кажется, еще не ел, - все-таки, Баязид решил прервать свою красивую традицию - ужинать с Айшегюль. Она наверняка будет обижена до глубины души, но и выставить Валиде за дверь Баязид не мог. Впрочем, ему даже нравилось, когда его лунная роза пыталась обижаться. Топала ножкой, складывала руки на груди и воротила свой очаровательный носик от всего мира до тех пор, пока его приказы не превращались в нежные просьбы. Баязид невольно улыбнулся.

+1

8

ЭПИЗОД ЗАМОРОЖЕН

0


Вы здесь » Muhteşem Yüzyıl. Aşk-ı Derûn » Часть истории » Каждый - свой собственный призрак, стоящий за левым плечом.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC